Марий-влак лавыран лийыныт, сÿан годым чот йÿыныт да кредалыныт
24.11.07
Тошто марий сÿан
 Руш
этнограф-влакын марий-влак нерген возымыштым
лудаш гын, тыгай шонымаш шочеш: марий-влак
лавыран лийыныт, сÿан годым чот йÿыныт да
кредалыныт. Чынжым гын кузе лийын да ожно
марий-влак сÿаным кузе эртареныт - тидын
нерген "Кугарня" газетыште Александр Петров
воза.
Кугезына-влак нужна лийын огытыл
Марий сÿан нерген шомакым тарватыме годым
эн ончычак каласаш кÿлеш: тудо пеш поян
лийын, ÿстел тичак тÿрлö чес улмаш. Тыгодым
марий-влак нимомат чаманен огытыл. Мо уло,
чыла ÿстембаке луктыныт.
Калыкшанчызе И.Н.Смирнов 1889 ийыште савыкталтше
«Черемисы» манын лÿмдымö историй-калыкшанче
очеркыштыже возен, пуйто марий-влак пеш
лавыран лийыныт, пашам ышташ йöратен огытыл,
моткоч удан кочкын иленыт. Чанга лийыныт,
манеш.
Авторын тыге ойлымыж дене, такшым, ÿчашашат
лиеш. Вет кеч-могай калыкыште тÿрлö ен вашлиялтеш.
И.Н.Смирновлан марий яллаште, векат, лач
тыгай-шамыч логалыныт. Лавыран калык манмыж
денат ом келше. Марий калык ожнысекак арнялан
ик гана мончашке пурен.
Мемнан кугезына-шамыч йорло лийын манмыланат
ÿшанаш амал пешыжак уке. Кажне гаяк ешын
киндыже идымыште каван дене шинчен. Векат,
кажне еш кинде-шинчалым аныкленрак кучылтын.
Но тиде нужналык нерген ок ойло. Вет кеч-могай
пайрем але сÿан годым марийын ÿстелже пеш
чот поян лийын.
Теве 1837 ийыште барон Келлерын ямдылыме
«Статистические описания Царевококшайского
уезда Казанской губернии» калыкшанче очеркыште
палемдыме: «У крещённых черемис обряды
при свадьбах следующие: по осмотрении женихом
невесты бывает сговор, при коем гостей
потчуют щами, яичницею (салмамуно але пулашкамуно,
очыни), круглым пирогом с курицею или свиным
мясом, говядиною, кашею из ячменных круп
с маслом и уговариваются о калыме. На девичник
жених к невесте приезжает со своими друзьями,
на тарантасах. А его отец дает отцу невесты
калым от 10 до 100 рублей. А между тем поезжане
при женихе на дворе играют в пузыри и барабаны,
нарочно для свадебных увеселений у черемис
имеющиеся. Пляшут и гайкают. По разделке
в калыме, вводится жених со своими поезжанами-друзьями
в зимнее время в избу, а в летнее время в
шалаш или на двор и сажают его за приготовленный
стол, на коем ставят кушанья и покуда продолжается
ужин, поезжане не переставая забавляются
пляскою при звуке пузырей, гуслей и барабанов.
Так продолжается всю ночь. С рассветом
подаётся каша».
«Подаётся каша» манмаштыже, векат, киндым
шындыме йÿлам лачымын возаш монденыт. Марий
сÿан годым ожнысекак Юмылан кумалыныт:
чимарий-влак Ош тÿня кугу юмылан, а тынеш
пурышо-влак – Христос юмылан. Тиде сÿаным
ончышо этнограф, очыни, саде обрядым ужын
шуктен огыл. Вет тудат айдеме лийын – пöрт
гыч свежа южым шÿлалташат лектын кертын.
Умбакыже очеркыште возалтын: «После сего
жених и невеста со своим поездом (икмыняр
тарантасышт дене) и музыкою отправляются
в церковь, до которой не доезжая с полверсты,
музыка перестает играть.»
Молан чарненыт? Тыгай йодыш лектеш докан.
Амалже тыгай: ожно поп-влак марий верам
тÿрлö семын чараш тöченыт, тидланже эреак
амалым кычалыныт. Отышто кумалше-влакым
антихрист улыт манын лÿмдылыныт, земский
начальствылан веле огыл, губернатор лÿмешат
доносым возгаленыт.
А сÿан сем шотышто тыге сереныт: «Черемисы
возле церквей своими чертовскими инструментами
издают дьявольскую музыку: играют на рогах,
палками бьют об барабан, черта призывают.
Таким образом нам службу вести всячески
мешают...» Тыгай донос деч вара, векат, марий-шамычын
сÿан йÿлаштым тергаш ик гана веле огыл
тÿрлö тергыше-влак толын коштыныт да черке
воктене шÿвыр дене шокташ, тÿмырым перкалаш
чареныт.
Ожно пÿтынь ял пайремлен
Ме палена, кызытсе марий сÿанын ик ужашыже
ÿдырын суртышто эрта. Ожнат тыгак лийын.
Тидын нерген этнограф воза: «Невеста приводится
к венку в обыкновенной праздничной девичьей
одежде, с тою лишь разницею, что вместо
платка она на голове имеет шапку, а сверх
оной белое покрывало, шитое разными цветными
шелками, с нашитым впереди крестом. По совершении
обряда бракосочетания сваха с самой церкви
расчёсывает новобрачной волосы, заплетает
две косы и надевает на неё сороку, шитую
шёлками».
Сÿан калыкын качын мöнгыжö толын шумекше,
налаш лекде, пöртыш огыт пуро. Каче могырым
юмона дене налаш лектыт, ÿдыр-качын йол
йымакышт ушкал коваштым шарат, вара иже
пöртыш ÿдыр-качым да сÿан калыкым пуртат
да ÿстелтöрыш шындат. Тыгодым марлан толшо
ÿдыр пöръен-влаклан тувырым, а ÿдырамаш-шамычлан
сорокам пöлекла. Тиде йÿлам шуктымеке,
ны мöнгысö, ны пасу пашам шотыш налде, сÿан
икмыняр кече лÿшка.
1840-ше ийыште Марий кундем мучко верысе
калыкын йÿлажым, илышыжым, пайремжым ончен
да кагазыш серен коштшо дворянка Александра
Фукс шке калыкшанче очеркыштыже тыге серен:
«В хозяйстве отца невесты, у одного амбара
был поставлен пребольшой стол. Там стояло
около пятидесяти бураков с пивом, и столько
же деревянных блюд с кушаньем «мелна»,
«салмамуно», ватрушки, лепёшки, но ни одного
мясного блюда не было. Всякий, кто приходил
на свадьбу, должен был приносить бурак
пива и блюдо какого-нибудь кушанья. Приезжающие
из других деревень родственники невесты
привозят пиво в стойках, а кушанье в сумках.
За столом, уставленном бураками, сидел
жених со своим поездом (сÿан калык). Напротив
стола оглушала слух свадебная музыка: стучали
в барабаны, играли в пузыри, на гуслях, на
балалайках, а двадцать человек молодых
черемис, что есть силы пели, кричали, топали
ногами (куштеныт, очыни) и били в ладоши.
В ворота непрестанно шли гости с угощеньем.
Все они потчевали друг друга своими блюдами.
Та, которая потчует, берёт у другой её овсяную
калабашку (эгерче), сделанную из крутой
овсяной муки с молоком, поверх которого
лежат кругленькие, маленькие сырчики (туара),
сделанные из творога, и держит в руках до
тех пор, пока та укусит от калабашки и от
сыра, и опять размениваются. Это откусывание
продолжается во всё время гулянья. Некоторые
женщины и девки ходили в толпу к черемисам,
и подносили им своё праздничное блюдо.
Каждый черемисин, разглаживая бороду и
табаком насыпанные усы, откусывал с удовольствием.»
Теве тыге 150 ий ожно марий калык сÿаным
пÿтынь ял дене эртарен.
Кызыт тудо йÿла шукыж вере йомын толеш.
Умбакыже яндарын кочкын-йÿын илыше дворянка
Александра Фукс йыгыжгымыж дене тыге воза:
«Не правда ли, как приятно отведать от кушанья,
где сто ртов покусало?»
Йот калык гыч лекше ÿдырамашлан чыла
тидым ужаш, мутат уке, йырныкын чучын. Но
изи годсек тиде йÿла кöргыштö илыше-влакым
нимо öрыктарен огыл. Марий калык ожнысек
поро кумыланлан, унам сийлен моштышылан
шотлалтын. Сÿан ÿстембалне тугакат пеш
шуко сий уло. Туге гынат кондымо кинде-туарам
нигöат öрдыжкö шÿкалын огыл – чыланат
тамлен онченыт. Вет марий йÿла почеш лач
тыге ыштыман улмаш. Адакшым марий йÿла
почешак кинде-туарам кид дене катен огытыл,
а пурлын налыныт. Озан гыч толшо дворянкылан
тидым ончаш, мутат уке, йыгыжге лийын. Но
марий-влак шкешт йыгыжген огытыл. Вет нунын
ача-аваштат, коча-коваштат лач тыгак енын
пагален кондымо сийжым пурлын онченыт,
тамленыт.
Марий калык чот йÿын мо?
Мемнан ачана-авана, кочана-кована-влак
чÿчкыдын ойлаш йöратат, пуйто нунын самырыкышт
годым аракам кугу пайрем годым гына подылыныт.
Тунамжат руштын огытыл, а изиш тÿрвыш гына
тушкалтеныт. Кö пала, ала чынжымак ожно
марий калык пеш шотан лийын.
Но теве Озан чиновникын пелашыже Александра
Фуксын палемдымыж почеш, сÿрет, мутлан,
сÿан годым йöршеш вес тÿрлö лийын. Тудо
тыге воза: «Всё, что было на свадьбе, было
пьяно, и в самом безобразном виде. Один
приставал, шатаясь, к своему товарищу, вызывая
его на брань, иной бил себя в грудь, другой
то же делал со своим соседом. Многие не
имели силы ходить, ползали на четвереньках,
а вовсе обессиленные валялись по двору
и засыпали прямо на земле. Пьяные женщины,
растрёпанные, бегая между собой, бранились,
кричали, ревели. Одним словом, картина была
несносна».
Ме ужына, Озан губернаторын чиновникше
марий коклаште пеш куандарыше сÿретымак
ужын огыл. Эсогыл тудлан йöсö лийын колтен.
Тунам марий-влак паша кечын аракам умшашкышт
йöршеш налын огытыл гын, пайрем годым, калыкшанчызылан
ÿшанаш гын, аракам пеш чот йÿыныт, коеш.
Вет аракам йÿмаш, тамакым шупшмаш тунам
илыш дене тöр ошкылмым ончыктен. Ме палена,
марий-влак тунам рушым кугурак да илышыште
ончылнырак ошкылшо изалан шотленыт. Но
нунышт, марий-влак деке иктаж-могай сомыл
дене толмышт годым эре йÿашак тöченыт.
Тыгай койышым мемнан кугезына-влакат пример
шотеш налаш тыршеныт. Санденак пайрем годым
чотак йÿыныт.
Кредалмашат, векат, эреак лиеден. Марлан
кайыше ÿдырын пöртыштыжö кредалмаш нерген
Александра Фуксак тыге возен коден: «Стоявший
близ меня переводчик удивился, что сегодня
на этой свадьбе не было драки. «Это, матушка,
- сказал он, - видно, для тебя хозяин дома,
отец невесты, запретил драку. А у нас без
драки ни одной свадьбы не проходит.» Но
он ошибся. Один черемисин из жениховой
свиты подошёл к приданому и хотел отнести
приданое в кибитку. Он, пьяный, не рассмотрел,
что на приданом сидела девочка. А это знак,
что приданое ещё не выкуплено. Замужняя
сестра невесты его толкнула, а он её ударил.
Черемиска закричала, как сумасшедшая. Муж
за неё вступился, начал бить черемисина.
Многие из черемис присоединились к драке,
и такую войну подняли, что я должна была
уйти со двора. Через некоторое время два
непьяных бессрочно отпускных солдата их
уняли и попросили меня опять войти на двор...»
Такшым XIX курымысо калыкшанче очеркыштак
возен кодымо: ÿдырым налаш толшо сÿан калык
ÿдыр суртышто шкенжым озала, сарыште орым
сенен налше войскала кучен. Вет нуно шукын
да тыгодымак чыланат вийвал улыт, кидыштышт
лупш лойгалтеш.
Сÿан арня наре шуйнен
Кызыт марий сÿан ик сутка лиеш гын, ожно
тудо кум кече шуйнен. Адакшым ÿдырым тудын
ялже гыч качын суртыш нангайышыжла сÿан
калык вигак шке ялыш кудалын огыл, а корнывалне
логалше кажне гаяк ялыште илыше родо-тукым
деке пурен лектын.
Нуно сÿан калыкым ончылгочак вученыт.
Векат, сÿан нерген нунылан шижтарен шогеныт.
Тидын нерген XIX курымысо этнографический
очеркыште тыге возымо: «Выкупив приданое,
жених повёл за руку невесту, посадил со
свахою в кибитку, а сам сел кучером. Сваха
взяла из рук невесты вынутое из железного
ящика полотенце, и обвила им вожжи. Один
конец полотенца взял жених, а другой - невеста...
Весь свадебный поезд, музыка и крикуны
(сÿан калык), расселись по кибиткам (тарантас),
которых было с пятнадцать с колокольчиками
и бубенчиками. Они поехали по гостям, сперва
по своей деревне, а потом в другие, по дороге
находящиеся. Таким образом будут заезжать
ко всем знакомым черемисам и днём, и ночью.
Свадебная церемония приезжает в деревню
к жениху лишь через три дня (вара эше качымарийын
суртыштыжо кум кечым пайремленыт) и более.
В деревнях же, через которые должна была
ехать свадьба, её уже ожидают. И при звуке
колокольчиков черемисы и черемиски выбегают
из домов к полевым воротам. Все почти с
бураками пива. Свадьба со всем поездом,
въехав в полевые ворота, останавливается.
Кроме невесты и жениха, сидящего у невестиной
кибитки на козлах, все выходят из кибиток.
Начинают пить пиво. Барабан стучит, музыка
играет. И поднимается крик и пляска, продолжающееся
с полчаса. (Сÿан калыкын мурымыжо руш ÿдырамашлан,
коеш, кычкырымыла веле чучын.) Потом все
поедут в деревне по гостям, в назначенные
дома, где уже их ожидают. Надо отметить,
что свадьба у черемис всегда бывает в одно
и то же время: после Петрова дня, до начатия
сенокоса, поэтому всякий день по нескольку
свадеб проезжает по нашей деревне».
Руш калык гыч лекше шымлызе-калыкшанчызе-влак,
коеш, шке пашаштышт пешыжак объективный
лияш тыршен огытыл. Ала чыла шот дене шымлаш
да возен кодаш умылымашышт ситен огыл.
Но кызыт нунын возен кодымыштым лудат да
моткоч шуко йонылыш шижалтеш.
А вет марий калыкын историйжым шымлаш
пижше иктаж-могай руш але моло калык гыч
лекше шанчыен тыге возен кодымым лудын
лектеш гын, ÿшана вет, да шке пашаштыжат
лач тыгак возен шында: ожно марий калыкын
пайремым ыштен моштымо шотшо лийын огыл;
лавыран калык улмаш; тыгодымак пеш чот
пуйто аракам йÿыныт да молат. Тиде могырым
ончалаш гын, йот калык гыч лекше этнограф-влакын
шымлымышт изи калык-влаклан южгунамже
удамат конден кертеш.
Александр Петров
Иван Ямбердовын «Марий сÿан» сÿретше,
1973 ий.
Важ: "Кугарня"
газет
|